Новости легиона

22 Марта 2016

Военные реформы Мария


Военные реформы Мария — своего рода аксиома, которую, как правило, легко принимают на веру люди, начавшие интересоваться историей Древнего Рима. Однако при более внимательном рассмотрении оказывается, что качественные изменения и реорганизацию в римской армии того времени совершенно напрасно приписываются одному человеку. В ходе дискуссий на военно-исторических форумах автору неоднократно приходилось сталкиваться с апелляцией участников к «реформе Мария». Этот же концепт присутствует в популярной и даже специальной литературе, причём авторы далеко не всегда берут на себя труд объяснить его содержание. Как среди историков-любителей, так и среди профессионалов преобладает отношение к «реформе Мария» как общеизвестному факту, не требующему специальных доказательств.

На самом деле военная реформа, связываемая с именем Мария, является искусственным концептом, объединяющим явления и процессы, развивавшиеся на протяжении длительного времени и зачастую вне всякой связи с именем этого военачальника и политического деятеля. Широкая околоисторическая общественность связывает «реформы Мария» с начальной стадией профессионализации римской армии. Персональная заслуга в этом процессе обычно приписывается самому Марию, который выступает в качестве создателя армии нового типа. Среди осуществлённых им военных нововведений обычно перечисляют следующие: 1. переход к комплектованию армии из малообеспеченных слоёв пролетариата; 2. организация постоянных легионов, размещавшихся на территории завоёванных провинций; 3. изменения в организационной структуре легионов, упразднение прежнего деления на манипулы, введение когорт в качестве новых штатных единиц; исчезновение деления легионеров на гастатов, принципов и триариев; 4. введение единообразного снабжения солдат.

Проанализируем каждую из перечисленных реформ на предмет их соответствия деятельности Мария. Из всех «реформ Мария» важнейшие последствия имеет переход к военному набору пролетариев. Информация о предпринятом Марием наборе бедноты базируется на прямых указаниях Саллюстия, (Sall. Jug., 86, 2), Геллия (Gell., XVI, 10, 14), Плутарха (Plut. Mar., 9), Валерия Максима (Val. Max. II, 3, 1), Флора (Flor., I, 36, 13). Саллюстий и Плутарх датируют это мероприятие первым консульством Мария в 107 г., Геллий хотя и принимает ту же дату, но упоминает о традиции, датировавшей это мероприятие 105 г. Чтобы выяснить, какие мероприятия осуществил Марий, по каким причинам и с какими последствиями, следует кратко остановиться на правилах набора в римскую армию. Согласно конституции Сервия Туллия, римский народ делился на пять имущественных разрядов, каждый из которых выставлял определённое количество воинов. За пределами пяти разрядов (соответственно выражению источников «infra classem» находились неимущие граждане, не обладавшие достаточным состоянием, чтобы самостоятельно приобрести оружие. Ливий сообщает, что к числу пролетариев относились те, чьё имущество оценивалось менее чем в 11 000 ассов, т.е. минимальная планка для пятого имущественного разряда. Пролетариев призывали только при объявлении чрезвычайного положения: во время войны с Пирром в 281 г. до н.э., (Gell., XVI, 10, 1; Oros., IV, 1, 3; Aug., De civ. Dei, III, 17), после поражения у Тразименского озера и при Каннах (Liv., XXII, 11, 8; XXII, 59). При обычных обстоятельствах они служили во флоте (Liv., XXII, 11, 8; Polyb., VI, 19, 3). Такое положение сохранялось вплоть до II Пунической войны.

Полибий, описывая римскую армию около 160 г. до н.э., сообщает, что минимальным имущественным цензом для службы в армии является сумма в 4000 римских ассов (Polyb., VI, 19, 2). Эта сумма в 2,5 раза ниже той, которую указывает Ливий. Расхождение цифр исследователи считают результатом понижения имущественной планки для военнообязанных граждан V разряда. Э. Габба предложил датировать это мероприятие началом II Пунической войны. Он указал на данные Ливия о призыве пролетариев на военную службу в 217 и 214 гг. до н.э. и на неожиданное отсутствие этих данных для последующего времени. Ливий сообщает о призыве вольноотпущенников, об освобождении рабов, но ничего не говорит о римских пролетариях. Это умалчивание объясняется понижением имущественной планки для военного набора, что позволяло сенату рекрутировать верхушку пролетариата без объявления чрезвычайного положения. Скорее всего, пролетарии служили легковооружёнными велитами, впервые появившимися на кампанском театре военных действий в 212 г. (Val. Max. II, 3, 3). Сумма в 4000 ассов также не является окончательной. Цицерон в середине I в. до н.э. утверждает, что граница между гражданами V имущественного класса и пролетариями проходит по сумме в 1500 ассов (Cic. De Rep., II, 40; Gell., XVI, 10, 10) 3). Хотя Цицерон приписывает подобное положение вещей эпохе Сервия Туллия, очевидно, что уменьшение указанной Полибием суммы ценза в 4000 римских ассов произошло только во второй половине II в. до н.э. Чрезвычайно заманчивым представляется связать это мероприятие с действиями Мария, но наиболее распространённой к настоящему моменту является другая гипотеза. Э. Габба предложил датировать это событие 123 г. и связать его с военным законодательством Гая Гракха. Привлечение пролетариев к военной службе дополнялось законами о вооружении рекрутов за государственный счёт и о минимальном призывном возрасте в 17 лет, что должно было защитить новый класс военнообязанных от злоупотреблений (Plut. Grach., 26, 5). В 109 г. некоторые из этих законов оказались отменены (Asc. In Corn. P.54, 25), однако нижняя планка призывного разряда так и осталась на уровне 1500 ассов. Данное предположение кажется убедительным и заслуживает большего доверия, чем гипотеза, приписывающая авторство этого нововведения Марию.

Все источники, находящиеся в нашем распоряжении, отмечают необычный характер предпринятого Марием набора. Прежде всего, оговоримся, что ни в 107 г., ни в два года спустя Марий не набирал новой армии. Он получал командование над действующей армией, набранной в первом случае Метеллом, во втором случае Рутилием Руфом. Марий набирал лишь пополнения, необходимые, чтобы восполнить потери. Их численность для армии из двух легионов вряд ли превышала 3000 человек. Сенат, по словам Саллюстия, охотно предоставил консулу возможность провести набор, втайне надеясь, что эта непопулярная мера ослабит его авторитет среди простонародья. Марий, раскусив этот замысел, не стал прибегать к обычному набору и навербовал себе добровольцев из числа социальных низов. Тем самым он сохранил поддержку народа и получил необходимые подкрепления (Sall. Jug., 86). Следует отметить, что Марий не создавал своими действиями исторического прецедента. Аналогичным образом ранее поступали и другие римские военачальники, находившиеся в сложных отношениях с Сенатом (App. Iber., 38). Основной частью римской армии был легион. В VI–III вв. до н.э. легионы обычно создавались для одной кампании и включали воинов одного набора. По окончании летней кампании легион распускался, а весной набирался заново. В обычных условиях армия состояла из четырёх легионов, которыми командовали два консула. При необходимости вести длительные войны старые легионы не распускали, а из новобранцев весеннего призыва формировали дополнительные легионы. Так, во время II Пунической войны римская армия насчитывала 28 легионов. После 200 г. до н.э. она обычно состояла из 8 легионов, иногда меньше, иногда больше. С увеличением числа провинций количество легионов возрастало. От 2 до 4 легионов постоянно находилось в Испании, 2 в Цизальпинской Галлии, 2 в Македонии и Иллирии. В начале I в. до н.э. к числу провинций прибавились Африка, Киликия, Вифиния, а количество размещавшихся на их территории легионов достигло 14. Единственное отличие этой практики от применявшейся в эпоху империи состояло в длительности военной службы солдат. Хотя любой римский гражданин был обязан служить в армии на протяжении 20 лет (Polyb., VI, 19, 4), на деле срок военной службы обычно составлял максимум 4–6 лет, после чего солдат старого призыва демобилизовывали и заменяли новым пополнением. Дольше других служили добровольцы, избиравшие карьеру профессиональных военных. Известным примером является Спурий Лигустин, который к достижению 50-летнего возраста служил 22 года в должности солдата и центуриона (Liv., XLII, 34). C ростом милитаризма Римской республики количество ветеранов в армии возрастало. Если в начале II в. до н.э. военная служба охватывала примерно треть взрослого населения Республики, то к середине следующего столетия служила уже половина мужчин.

Таким образом, в римской армии в ходе II–I вв. до н.э. существовала отчётливая тенденция к профессионализации. Легионы постепенно превращались в постоянные боевые единицы, в их рядах служили воины, большей частью имевшие опыт военных походов. Этот процесс имел сложный системный характер и ни в коей мере не являлся результатом деятельности одного человека. Вопреки распространённому мнению, когорты в римской армии появились задолго до Мария. Слово «когорта» имеет древнее происхождение и, возможно, связано со способом набора войска, практиковавшимся у италиков. Когорта неоднократно упоминается в качестве элемента строя как италийских противников Рима (Liv., II, 14, 3; X, 40, 6), так и самих римлян (Liv., II, 11, 8; IV, 27, 10). Анализ этого термина показывает, что в источниках под ним подразумеваются отдельные отряды, выделенные из массы войска для решения особой задачи. Когорты в испанской армии Сципиона, как правило, включали 3 манипулы пехоты, 3 илы конницы и легковооружённых велитов (Polyb., XI, 21, 1; 33, 1). При этом когорта оставалась временным образованием, распускавшимся по выполнении возложенной на неё задачи. Особо следует отметить отсутствие у когорт того периода собственного командира и знамени. Основной боевой единицей римской армии являлась центурия. У каждой центурии был свой командир и своё знамя. По центуриям римская армия выстраивалась на поле боя, располагалась в лагере, получала снаряжение и продовольствие. Манипула являлась объединением двух центурий. Командовал манипулой старший центурион, у манипулы имелась особая роль в боевом построении. Подобный порядок, сложившийся ещё в эпоху классической Республики, сохранялся до конца античности.

Идея об упразднении Марием манипулярного порядка и замены его построением по когортам не выдерживает критики. С одной стороны, как письменные тексты, так и эпиграфические источники свидетельствуют о сохранении деления на манипулы и центурии в течение I в. до н.э. – III в. н.э. Те же данные свидетельствуют о сохранении прежних наименований гастатов, принципов, триариев (Caes. BC., I, 41; 44; [Caes] Afr., 83). С другой стороны, никаких тактических изменений в это время также не происходило, т.к. на поле боя войска, как и раньше, продолжали выстраиваться по центуриям. Римский воин эпохи Республики должен был вооружаться на службу самостоятельно. Его снаряжение должно было соответствовать имущественному цензу. Богатые граждане служили в тяжёлой пехоте и вооружались полным доспехом, мечом и щитом, бедные носили неполный доспех или сражались в лёгкой пехоте. Во время ежегодных смотров должностные лица следили, чтобы рекрут не экономил на военном снаряжении. В случае необходимости оружие воину предоставляло государство, стоимость снаряжения затем вычиталась из жалования (Pol., VI., 39, 15). Обязанности по выплате стоимости вооружения тяжёлым бременем ложились на плечи малоимущих рекрутов. В 123 г. Гай Гракх попытался провести закон, по которому снабжение воинов оружием осуществлялось за государственный счёт (Plut. Grach., 26, 5). Однако этот закон вскоре был отменён, поскольку система вычетов из жалования стоимости солдатского снаряжения являлась обычной практикой эпохи принципата (Tac. Ann., I, 17, 6). Увеличение численности римской армии и постепенное ухудшение благосостояния рекрутов всё чаще заставляли государство брать на себя функцию предоставления солдатам готовых партий вооружения и доспехов. Около 102 г. до н.э. в Риме строится Арсенал (Cic., Pro Rab., 20). Происходит концентрация военного производства, а продукция оружейников значительно стандартизируется, что демонстрируется археологическими находками этого времени. Эти процессы совершенно преобразовали внешний вид солдат. Если в армиях Мария и Суллы мы ещё застаём римских велитов, набранных из числа самых бедных призывных классов, то пятьдесят лет спустя, в армии Цезаря, функции лёгкой пехоты и кавалерии полностью осуществляли войска союзников. Легионеры составляли единородную категорию тяжеловооружённой пехоты. С расширением экспансии и увеличением численности армии в Римской республике возникают процессы, которые искусственно объединяются историками в «реформу Мария». Эти процессы включают расширение класса военнообязанных римских граждан за счёт понижения планки имущественного ценза и призыва на военную службу бедняков ок. 212 и ещё раз ок. 123 гг. до н.э. Непрекращающиеся военные действия на территории провинций приводят к увеличению срока службы граждан, легионы фактически превращаются в постоянные гарнизоны, размещавшиеся на границе в готовности отразить нападение противника. Процент профессиональных солдат в их рядах непрерывно возрастает. Государство фактически берёт в свои руки функцию снабжения рекрутов оружием и военным снаряжением. Марий хотя и играл значительную роль в развитии этих процессов, сам не проводил активных реформ, способных форсировать или ослабить их ход. Потому они едва ли должны быть напрямую связаны с его именем.

римские легионеры

 

римские легионеры

 

 

2372
Поделиться с друзьями в: